Цветы для Элджернона

  Совсем не трудно иметь друзей,

если разрешать людям над собой смеяться

Дэниел Киз

Мы уже не раз затрагивали тему относительности "нормального" и одиночества гениальности. "Цветы для Элджернона" - еще одна великолепная иллюстрация этого вопроса. Бесконечно трогательная и грустная история о двух крайностях человеческого разума. Я долго "вынашивал" этот обзор, пытаясь найти баланс между передачей чувств и мыслей, которые вызвал роман, и отсутствием спойлеров. Боюсь, что без последних особо обойтись не выйдет, тем более, что сам роман с самого начала постоянно наталкивает на закономерный финал. Короче, весь обзор - сплошной спойлер, без этого не получится объяснить, откуда взялись некоторые мысли у меня.
Оговорюсь заранее. Для мыслящих людей "Цветы" - вещь безумно тяжелая и дело тут вовсе не в стиле ее написания. Суть в тех струнах, которые затрагивает повествование. А автор совершенно безжалостно пинает интеллектуалов по самым больным местам, будит самые глубинные страхи, ставит под вопрос привычные определения отношений между людьми. Это вам не сладенький, жиденький сиропчик псевдоинтеллектуального чтива с разжеванными мыслями и прямой как игла неизменной идеей. "Цветы" не дают ответов, но они провоцируют задавать самому себе вопросы. Вопросы неудобные и тяжелые, привычные ответы на которые сразу же бьют синтетическим запахом фальши и привычных в обществе шаблонов. Этот роман нельзя читать поверхностно, это не книжка для автобуса, метро или перекуса с бутербродами. Этот роман требует вдумчивости и способности сопереживать. Возможно, вам стоит прямо сейчас закрыть этот обзор и вернуться к нему только после прочтения. Подумайте. 

Ну, давайте пробовать по порядку, потому что сказать хочется многое, а мысли разбегаются.
Начну, пожалуй, с того, что рассказ, позже переработанный в полноценный роман, о котором мы и говорим, был задуман как научно-фантастический. Но в наше время он читается, скорее, как социальная драма с элементами фантастики. Повествование ведется от лица Чарли

Гордона и весь роман, собственно, состоит из его отчетов в хронологическом порядке. Вся специфика в том, что Чарли - умственно отсталый. Ему 32 года, он уборщик в булочной. Читать его "дневник" в самом начале может показаться весьма затруднительно: Дэниел Киз постарался чтоб IQ Гордона в 68 единиц в полной мере отражался не только в стиле его мышления, словарном запасе или описываемых действиях, но и в орфографии. Так что повествование изначально - та еще "олбань", которая порадует любого школьника. И вот тут бросается в глаза та тщательность подборка лексики, та неправдоподобная достоверность всего изложения, которая заставляет задуматься, откуда вполне здоровый Киз мог почерпнуть такие тонкости, делающие Чарли Гордона буквально осязаемым. Как он сумел не только влезть в голову умственно отсталого мужчины, но смоделировать его мышление? С потолка такое не сочинишь. И тут выясняется, что Дэниэл Киз формулировал идею рассказа почти 14 лет. Да уж, определенно, это не нынешние скорострелы из серии "тетя взяла ноутбук на дачу". Начало истории формирования идеи рассказа возникло еще в 1945 году, а более или менее точно Киз "увидел" будущую работу, вероятнее всего, в 1957 году. В это время он преподавал английский язык в... "школе для детей с ограниченными умственными способностями". Вот вам и база, позволившая столь великолепно говорить с читателями от лица Гордона. Именно в той школе один из учеников задал тридцатилетнему Кизу вопрос: сможет ли он перевестись в обычную школу, если будет очень стараться и поумнеет. Вдумчивого и чувствительного педагога этот вопрос парализовал и отвесил такой эмоциональный пинок, что Киз довольно долго приводил в порядок собственный мозг. Так что у автора хватало опыта общения с "Чарли Гордонами".
Своего главного героя Киз наделил фенилкетонурией. Нарушение метаболизма аминокислот, наследственное, одним из проявлений которого и есть нарушение умственного развития.
Весна. Мир Чарли прост. Он убирает в пекарне у своего дяди. Дядя хороший. Там еще работают другие. Они все друзья Чарли и вместе смеются. Люди вообще хорошие и добрые и часто смеются. И Чарли тоже смеется. У него много друзей. Чарли ходил в школу для таких же как он. Он очень хочет стать умнее, чтоб больше нравиться людям, чтоб его чаще хвалили и чтоб учительница в школе, мисс Кинниан, сказала ему "Какой ты умный, Чарли!". Иногда Чарли ошибается на работе и тогда на него кричат, но это ничего. Все равно это же друзья. И он всегда их веселит и смеется сам. Чарли на все готов, даже на операцию, чтобы поумнеть. Эта операция помогла мышонку Элджернону стать очень умным. Он умнее Чарли - очень быстро проходит лабиринт и получает свой сыр. А после операции Чарли обязательно тоже так сможет. И говорить о боге сможет, и о политике...

Операция проходит успешно. Чарли начинает приобретать и усваивать знания. Но чем умнее он становится, тем больше понимает, что его "друзья" смеялись вовсе не с ним, а над ним. Что все это время они попросту издевались, выставляя Чарли на посмешище. Как вы думаете, сделало ли его это открытие более счастливым? Да, он, наконец-то, побеждает Элджернона, но его радость по этому поводу быстро улетучивается. "Умный" Чарли неожиданно для себя оказывается во враждебной среде и таком пронзительном одиночестве, которого раньше он никогда не ощущал. Его интеллект растет, но эмоциональная сфера запаздывает, ему не хватает опыта, чтоб понять происходящее вокруг, эмоции других людей и даже свои собственные. Он открывает для себя природу людей, постепенно, отчасти на собственном опыте и боли постигая их сущность, и эта сущность вовсе не кажется ему такой уж симпатичной, как было раньше. Да, больше он не кажется окружающим смешным, теперь он кажется им опасным. Они перестали его понимать, они больше не могут над ним издеваться, манипулировать им столь же пренебрежительно, как раньше. Смешное редко кажется опасным, а вот сила ума всегда внушает опасения. Чарли становится чужаком. Общество было готово принять его на роли шута, но не на роль равного. Бывший паяц возвыситься не может. Одна из мерзских особенностей людей заключается как раз в том, что вместо того, чтоб тянуться за теми, кто лучше, люди просто предпочитают отгораживаться от таких. Зависть гложет, но не требует от человека усилий. Проще сказать "Ему повезло", чем начать работать над собой. Ненависть и страх - всегда самый примитивный выход, к которому как раз и склоняются недалекие умы. Особенно это заметно, когда Чарли начинает со всей непосредственностью ребенка невольно демонстрировать свое превосходство над окружающими. Или свою принципиальность и честность, которая кажется окружающим, как минимум, вызывающими. Гордону пытается помочь Алиса Кинниан. Та самая учительница из той самой школы, что больше не нужна Чарли. Но и она не может объяснить ему всего, не может помочь разобраться в самом себе.

Лето. Чарли идет все выше. Он довольно быстро понимает, что теперь между ним и Алисой новая пропасть, еще шире той, что была весной. Теперь уже она безнадежно отстает от его уровня, безуспешно тянется, но так и не может достичь тех высот, на которых обитает он. Чарли, по-сути снова один. Так в коэффициенте интеллекта ли счастье человека? Ведь до операции у Чарли были друзья и почти всегда - веселье. Да, над ним издевались. Но если он этого не осознавал, могло ли это его уязвить? Зато теперь Чарли перешагивает не только уровень Кинниан, но и тех ученых, которые подарили ему... подарили ему что? Разум? Он был разумен ровно на столько, чтоб быть счастливым куда чаще, чем теперь. Его новую личность? Но он ведь и раньше был личностью. А ученые настолько самодовольны и ограничены, что всерьез считают его едва ли не своей собственностью, говоря о его прошлом, как о чем-то пустом. Но Чарли помнит, что он был и тогда. На стыке изменений он начинает ощущать некоторую раздвоенность. Старый Чарли будто смотрит ему в спину, ожидая своего часа, чтоб вернуться и опять взять контроль над своим телом. Новый Чарли ощущает себя, скорее, гостем, чем хозяином в физической оболочке. Он много работает, он спешит что-то дать миру, он боится не успеть сделать что-то важное, потому что уже точно знает - регресс неизбежен и скоро Чарли вернется и сменит гения, мистера Гордона.
Символично - страх утратить разум почему-то у людей далеко не так ярко проявляется, как страх потерять конечность, например. Хотя механизмы сохранения разума прикопаны в мозгах довольно глубоко, они все же есть, пусть даже в большинстве случаев людьми не осознаются. На войне, например, люди боятся ранений физических, психологические же оставляют на попечение тех самых механизмов самоконтроля. Но все же... У многих людей, склонных к рефлексии есть страх. Страх поглупеть. И он вовсе не пустой. Мозг, как и тело, нуждается в постоянной тренировке для поддержания формы, а нынешнее общество, зачастую, делает все, чтоб эти тренировки минимизировать. И наш разум теряет тонус. Теряет способность критически мыслить. Анализировать и фильтровать получаемую информацию. Компилировать ее. Зачем? Мы живем в эпоху мозжечков. Думать не надо. А если надо - максимально узко и не развиваясь. Выстраивать логические цепи - не надо, это может привести к критическому несоответствию с заданными шаблонами поведения.
Вы уже поняли, да? Сарказматик тоже очень боится растратить те скромные возможности, которыми обладает сейчас. Но не этого ли глухо и неосознанно боятся все мало-мальски разумные люди? Не это ли толкает их к книгам? К задачам? К вопросам? Как там было у Дойля? "Самый совершенный в мире мозг ржавеет без дела". "Мой мозг бунтует против безделья. Дайте мне дело! Дайте мне сложнейшую проблему, неразрешимую задачу, запутаннейший случай — и я забуду про искусственные стимуляторы". Хотя большинство, разумеется, довольствуется стилем жизни хомячка.

Возвращаясь к вопросу своеобразной социальной изоляции умных людей. Есть любопытнейшая деталь. Гениальный скрипач может вызвать зависть и ненависть только у других скрипачей. Но человек умный или сильный вызывает внутреннее беспокойство у многих. Механизм тут прост. Чем лучше человек рядом с нами, тем больше мы неудовлетворенны подсознательным сравнением себя с ним. И тут уже каждый выбирает свой механизм компенсации, но об этом я уже говорил выше. Людей с низким интеллектом как правило опасаются меньше, хотя их поведение спрогнозировать несколько тяжелее. Почему? Видимо, таких мы воспринимаем просто как больших детей. А мы ведь все были детьми и кое-что запомнили, верно? Так что где-то как-то мы можем устанавливать некоторые аналогии. А как быть с человеком, который умнее? У нас нет для него подходящей модели, не с чем его сравнивать.
Самые неординарные и гениальные личности, как правило, всю жизнь бывают одиноки. У них может быть вполне счастливая семья. Но в своем разуме, в этом роскошном вместилище мыслей и логических цепочек, они, как правило, совершенно одни.
Осень. Разум Гордона угасает, он уже не понимает собственных летних записей. Его собственная логика более ему не доступна. Последними отчаянными рывками он стремится заполнить бреши в своей жизни. Повидать отца, мать и сестру. Посмотреть, что ждет его в финале. И снова рядом с ним Кинниан. Но теперь Чарли мучительно переживает собственную несостоятельность, впадает в депрессию, думает о суициде... Знать, что у тебя чего-то нет - намного проще, чем обладать этим чем-то, а после потерять. Бедные дети в Африке, про которых так модно лить слезы, куда менее бедные, чем принято считать. У них есть жизнь, их жизнь, их среда, в которой они родились, росли, воспитывались. Они просто не знают другой жизни. Куда сложнее с теми, кто теряет свой прежний образ жизни.
А Гордон понимает, что уходит. Элджернон тоже ушел. Но маленький мышонок-пионер ушел совсем. Его мнения перед операцией уж точно никто не спрашивал. И можно ли считать, что желание Чарли провести операцию тогда, весной, было полностью осознанным? Можно ли в его случае вообще было говорить про сознательные, взвешенные решения? Он хотел говорить о политике и боге. Нравиться Кинниан. Вот только... чего больше принес ему его разум? Радости или горя? Друзей или одиночества?
В свое время Гордон не дал кремировать труп мышонка, а лично похоронил его и носил цветы на его могилку. Грустно и показательно, что именно Элджернон оказался для Чарли самым близким существом, своего рода двойником, прошедшим тот же путь. И дело тут не в интеллекте, конечно же, а в общей судьбе.
"Цветы" для меня стоят примерно на одном уровне с "Играми разума". Но если в "Играх" показано сумасшествие и гениальность в одном флаконе, то Киз демонстрирует крайние точки все того же чудесного и безграничного человеческого разума.

Однако же... Пора закругляться.
Бывают книги, которые берут за душу. "Цветы" - абсолютно точно одна из таких. Если после ее прочтения у вас в душе что-то шевельнулось, значит, Киз старался не зря. Если вы прочитали "Цветы" после этого обзора, значит, не зря старался я.